Особенности гестационного процесса при системной красной волчанке и антифосфолипидном синдроме

Цель. Оценить влияние антифосфолипидного синдрома (АФС) на развитие гестационных и неонатальных осложнений у пациенток с системной красной волчанкой (СКВ).

Дизайн. Ретроспективно-проспективное исследование.

Материалы и методы. Проанализированы 124 истории родов пациенток с СКВ. В основную группу были включены 23 женщины с СКВ и вторичным АФС, в группу сравнения отобраны 45 пациенток с СКВ без АФС. Анализировались клинико-анамнестические данные пациенток, течение настоящей беременности и родов. Активность СКВ определялась врачами-ревматологами по шкале SELENA-SLEDAI, обострение СКВ диагностировалось при увеличении количества баллов между двумя визитами на 3 и более.

Результаты. У женщин с СКВ и АФС по сравнению с пациентками с СКВ без АФС установлена бо́льшая частота неразвивающейся беременности: 7 (30,4%) случаев против 4 (8,9%) соответственно (p = 0,036, точный критерий Фишера), в 4,5 раза более высокие шансы неразвивающейся беременности (95% доверительный интервал для отношения шансов: 1,15–17,43). Анализ неонатальных осложнений выявил, что у женщин основной группы чаще происходило развитие нарушений маточно-плодово-плацентарного кровотока (НМППК), чем в группе сравнения: в 4 (17,4%) случаях против 1 (2,2%) (p = 0,041, точный критерий Фишера). Наиболее распространенным гестационым осложнением среди обследованных пациенток была преэклампсия: у 4 (17,4) женщин основной группы и в 10 (22,2) случаях в группе сравнения.

Заключение. Беременность на фоне СКВ в сочетании с АФС увеличивает шансы развития неразвивающейся беременности в 4,5 раза. При беременности на фоне СКВ риск развития преэклампсии выше популяционного. Наличие АФС у беременных с СКВ увеличивает частоту развития НМППК и синдрома задержки роста плода. Пациентка с СКВ обязательно должна проходить прегравидарную подготовку, при сочетании СКВ и АФС необходимо наблюдение акушером-гинекологом совместно с ревматологом и гематологом.

Ключевые слова: антифосфолипидный синдром, беременность, задержка роста плода, исходы беременности, системная красная волчанка

Скачать PDF

Тамахина О.Н., Тузкова А.А., Маслянский А.Л., Амелина А.И., Зазерская И.Е. Особенности гестационного процесса при системной красной волчанке и антифосфолипидном синдроме. Женское здоровье и репродукция. 2025. № 4 (69). DOI: 10.31550/2712-8598-2025-4-5-ZhZiR. URL: https://journalgynecology.ru/statyi/osobennosti-gestacionnogo-processa-pri-sistemnoj-krasnoj-volchanke-i-antifosfolipidnom-sindrome/ (дата обращения: дд.мм.гггг)

Gestational process features in systemic lupus erythematosus and antiphospholipid syndrome

O.N. Tamakhina, A.A. Tuzkova, A.L. Maslyansky, A.I. Amelina, I.E. Zazerskaya

Almazov National Medical Research Center; 2 Akkuratova Str., Saint Petersburg, Russian Federation 197341

 

Abstract

Aim. To evaluate antiphospholipid syndrome (APS) effect on the development of gestational and neonatal complications in patients with systemic lupus erythematosus (SLE).

Design. A retrospective and prospective study.

Materials and methods. 124 cases of patients with SLE were analyzed. The main group included 23 women with SLE and secondary APS, and 45 patients with SLE without APS were selected for the comparison group. The anamnesis and clinical data, the features of the present pregnancy and childbirth were analyzed. SLE was determined by rheumatologists according to the SELENA-SLEDAI scale, an increase in the number of points between two visits by 3 or more corresponds to the exacerbation of SLE.

Results. In women with SLE and APS, compared with patients with SLE without APS, a higher incidence of undeveloped pregnancy was found: 7 (30.4%) cases versus 4 (8.9%), respectively (p = 0.036, Fisher's exact criterion), 4.5 times higher chances of undeveloped pregnancy (95% confidence interval for the odds ratio: 1,15–17,43). The analysis of neonatal complications revealed that women in the main group were more likely to develop utero-fetal-placental blood flow disorders than in the comparison group: in 4 (17.4%) cases versus 1 (2.2%) (p = 0.041, Fisher's exact criterion). The most common gestational complication among the examined patients was preeclampsia: in 4 (17.4%) women of the main group and in 10 (22.2%) cases in the comparison group.

Conclusion. Pregnancy with SLE in combination with APS increases the chances of undeveloped pregnancy by 4.5 times. During pregnancy with SLE, preeclampsia risk is higher than population-based. The presence of APS in pregnant women with SLE increases the incidence of utero-fetal-placental blood flow disorders and fetal growth retardation syndrome. A patient with SLE must necessarily undergo pregravidar training. It is also necessary to monitor patients with a combination of SLE and APS, joint by an obstetrician-gynecologist, rheumatologist and a hematologist.

Keywords: systemic lupus erythematosus, antiphospholipid syndrome, pregnancy, pregnancy outcomes, fetal growth retardation.

О.Н. Тамахина, А.А. Тузкова, А.Л. Маслянский, А.И. Амелина, И.Е. Зазерская

ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр имени В.А. Алмазова» Минздрава России; Россия, г. Санкт-Петербург

 

Системная красная волчанка (СКВ) — системное аутоиммунное ревматологическое заболевание неизвестной этиологии, характеризующееся гиперпродукцией органонеспецифических аутоантител к различным компонентам клеточного ядра с развитием иммуновоспалительного повреждения тканей и внутренних органов [1].

По данным систематического обзора 2023 г., глобальная распространенность СКВ составляет 43,7 (15,87–108,92) на 100 000 человеко-лет, а число вновь диагностированных пациентов — 5,14 (1,4–15,13) на 100 000 человеко-лет [2]. Чаще всего СКВ поражает женщин репродуктивного возраста. Средний возраст дебюта заболевания — около 30 лет [3–5].

Антифосфолипидный синдром (АФС) — симптомокомплекс, связанный с гиперпродукцией антител к фосфолипидам (аФЛ) и характеризующийся венозными и/или артериальными тромбозами, акушерской патологией (потерей плода в I и II триместрах беременности, преждевременными родами), реже — тромбоцитопенией. АФС развивается у 20–30% больных СКВ¹. АФС, возникший на фоне аутоиммунных, злокачественных и инфекционных заболеваний, называют вторичным [6].

По данным литературы, сочетание СКВ с вторичным АФС чаще осложняется развитием преэклампсии/эклампсии, а также невынашиванием беременности [7]. При СКВ без АФС неблагоприятные исходы беременности составляют 12–13%, однако при сочетании СКВ с АФС данный риск достигает 30% [8].

Цель исследования — оценить влияние АФС на развитие гестационных и неонатальных осложнений у пациенток с СКВ.

 

Материалы и методы

В ходе ретроспективно-проспективного исследования из 22 316 историй родов женщин, которые были родоразрешены в ФГБУ «НМИЦ им. В. А. Алмазова» Минздрава России с января 2015 г. по июнь 2025 г., отобрано 124 истории родов пациенток с СКВ. В основную группу были включены 23 пациентки с СКВ и вторичным АФС, в группу сравнения путем рандомизированного выбора отобраны 45 пациенток с СКВ без АФС.

Критериями включения в исследование являлись: возраст от 18 до 40 лет; наличие у матери диагноза СКВ, установленного ревматологом в соответствии с критериями EULAR/ACR (European League Against Rheumatism/American College of Rheumatology Classification Criteria for Systemic Lupus Erythematosus) 2019 г.; наличие лабораторно подтвержденного вторичного АФС; имеющееся заключение ревматолога с рекомендациями по терапии СКВ. Критерии невключения: наличие аутоиммунных заболеваний, кроме СКВ, онкологических заболеваний, поздней стадии почечной недостаточности.

Анализировались клинико-анамнестические данные, течение настоящей беременности и родов.

Активность СКВ определялась врачами-ревматологами по шкале SELENA-SLEDAI. Обострение СКВ диагностировалось при увеличении количества баллов SELENA-SLEDAI между двумя визитами на 3 и более.

Статистическая обработка данных выполнена с помощью программы IBM® SPSS Statistics Version 26.0. При нормальном распределении значений признака данные представлены в виде среднего ± стандартного отклонения, в остальных случаях количественные и порядковые показатели представлены как медиана [Q₁; Q₃]. Для сравнения групп пациенток использованы точный критерий Фишера, критерий Манна — Уитни. За статистически значимый уровень различий принято значение p не более 0,05.

 

Результаты

Пациентки исследуемых групп сопоставимы по возрасту (средний возраст в основной группе составил 31,26 ± 4,4 года, в группе сравнения — 32,69 ± 5,4 года (p = 0,279)); индексу массы тела (в основной группе — 21,9 [19,9; 24,4] кг/м², в группе сравнения — 22,8 [20,7; 24,6] кг/м²); по сроку родоразрешения (в основной группе — 38 [37; 40] недель, в группе сравнения — 39 [38; 40] недель).

При анализе акушерско-гинекологического анамнеза среди женщин с СКВ и АФС по сравнению с пациентками с СКВ без АФС выявлена бо́льшая частота встречаемости неразвивающейся беременности: 7 (30,4%) случаев против 4 (8,9%) (p = 0,036, точный критерий Фишера), в 4,5 раза более высокие шансы неразвивающейся беременности (95% доверительный интервал (ДИ) для отношения шансов: 1,15–17,43).

Проанализированы течение беременности и родов. Преждевременное излитие околоплодных вод (ПИОВ) среди пациенток обеих групп установлено в 20 (29,4%) случаях, частота ПИОВ у женщин с СКВ и АФС была ниже, чем у беременных с СКВ без АФС: в основной группе — 3 (13,0%), в группе сравнения — 17 (37,8%) случаев (p = 0,049, точный критерий Фишера). Данные о других осложнениях представлены в таблице.

 

Таблица. Частота встречаемости гестационых осложнений в группах исследования, n (%)

* Точный критерий Фишера.

 

Тромбоз среди пациенток с СКВ, родоразрешенных в ФГБУ «НМИЦ им. В. А. Алмазова» Минздрава России за исследуемый период, случился лишь в одном случае. У пациентки на шестые сутки послеродового периода развилась тромбоэмболия мелких ветвей легочной артерии. Беременность протекала на фоне СКВ без АФС с низкой активностью, без обострений заболевания. Однако на пятые сутки послеродового периода у пациентки отмечалась субфебрильная лихорадка с повышением температуры тела до 37,4 °C, которую нельзя объяснить инфекционным процессом, язвенный стоматит, артрит лучезапястных суставов. Вышеперечисленные проявления свидетельствуют об обострении СКВ в послеродовом периоде, что, вероятнее всего, и объясняет случившийся тромбоз.

Анализ неонатальных осложнений выявил, что среди пациенток в группе СКВ с АФС чаще происходило развитие нарушений маточно-плодово-плацентарного кровотока (НМППК) в сравнении с группой женщин с СКВ без АФС: в 4 (17,4%) случаях против 1 (2,2%) (p = 0,041, точный критерий Фишера). У 2 (50%) пациенток основной группы с НМППК во II триместре беременности случился дебют СКВ. Стоит отметить, что до дебюта СКВ эти женщины не принимали ацетилсалициловую кислоту (АСК) и не получали низкомолекулярные гепарины (НМГ). Третья пациентка (25%) принимала АСК с ранних сроков беременности в дозе 75 мг и получала профилактические дозы НМГ, четвертая беременная (25%) получала АСК с ранних сроков беременности в дозе 150 мг и профилактически дозы НМГ. В группе сравнения лишь у одной женщины выявлены НМППК. Данная пациентка не принимала АСК и не получала НМГ.

Синдром задержки роста плода (СЗРП) также чаще развивался в основной группе пациенток (p = 0,041, точный критерий Фишера): он выявлен в 4 (17,4%) случаях, в том числе две (50%) пациентки получали с ранних сроков беременности АСК в дозе 75 мг и НМГ в профилактической дозе, у одной из них СЗРП сочетался с НМПК. Еще у одной (25%) пациентки СЗРП сочетался с НМППК и дебютом СКВ во II триместре беременности, до которого она не получала АСК и НМГ. Четвертая пациентка (25%) получала с ранних сроков беременности АСК в дозировке 150 мг и НМГ в профилактических дозах. В группе сравнения СЗРП установлен у одной (2,2%) пациентки, у данной беременной он сочетался с НМППК, а также случился дебют СКВ во II триместре беременности, пациентка не получала АСК и НМГ.

Статистически значимой разницы в весе и росте новорожденных в группах исследования не выявлено: в основной группе средний вес составил 3090 [2635; 3452] г, в группе сравнения— 3188 [2880; 3510] г (p = 0,083, критерий Манна — Уитни); рост новорожденных основной группы был 51 [47; 52] см, в группе сравнения — 51 [50; 53] см (p = 0,066). Различий в оценке по шкале Апгар также не выявлено: на 1-й минуте в основной группе медиана составила 8 [7; 8] баллов, в группе сравнения — 8 [7; 8] баллов (p = 0,294, критерий Манна — Уитни); на 5-й минуте в основной группе медиана была 9 [8; 9] баллов, в группе сравнения — 9 [8; 9] баллов (p = 0,291, критерий Манна — Уитни).

Антенатальная гибель плода произошла в одном случае, в 2018 г., у пациентки на сроке 24 3/7 недель беременности. В 22 недели беременности у женщины случился дебют СКВ с развитием вторичного АФС, также имелась ранняя преэклампсия умеренной степени на фоне хронической артериальной гипертензии и НМППК. На сроке 12 недель отменен надропарин кальция 0,3 мл и назначена АСК в дозе 75 мг. При диагностировании СКВ и АФС доза АСК увеличена до 100 мг, возобновлен прием НМГ.

При ведении пациенток с СКВ в сочетании с АФС значимо чаще назначались НМГ: в основной группе — 20 (87,0%) пациенткам, в группе сравнения — 22 (48,9%) (p = 0,003, точный критерий Фишера). Кроме того, женщинам из основной группы значимо чаще, чем в группе сравнения, назначалась АСК: в 16 (69,6%) и 17 (37,8%) случаях соответственно (p = 0,020). Назначение глюкокортикоидных препаратов пациенткам исследуемых групп не имело статистически значимых различий: в 19 (82,6%) и 29 (64,4%) наблюдениях (p = 0,163). Применение гидроксихлорахина также статистически значимо не различалось: у 16 (69,6%) и 27 (60,0%) пациенток (p = 0,596).

 

Обсуждение

Нами установлено, что наличие АФС у пациенток с СКВ статистически значимо увеличивает частоту неразвивающейся беременности. По данным S. Singhal (2021), распространенность невынашивания беременности у женщин с АФС достигает 22,2% [9]. Согласно отчету Европейского регистра АФС в акушерстве (EUROAPS) за 2019 г., в который была включена когорта из 1000 пациенток с акушерским АФС, самопроизвольные аборты были наиболее распространенным осложнением (их частота составила 38,6% случаев) [10].

Антифосфолипидные антитела на ранних сроках оказывают прямое влияние на плацентацию и апоптоз клеток трофобласта, что приводит к потерям беременности [11]. По данным J.P. Buyon (2016), в когорте из 500 женщин наличие волчаночного антикоагулянта подтверждено примерно у 10% женщин с привычным невынашиванием беременности в анамнезе, в то время как антитела к кардиолипину (IgG и IgM) обнаружены у 3,3 и 2,2% соответственно [12]. Ю.С. Договой (2020) среди 165 женщин с синдромом ранней потери беременности аФЛ обнаружены у 130 (78,79%) пациенток, потери беременности на поздних сроках — у 29 (76,32%) [13].

Дородовое излитие околоплодных вод встречается у 34,1% женщин с СКВ [14]. В нашем исследовании частота ПИОВ среди всех пациенток с СКВ составила 29,4%. У обследованных с АФС распространенность ПИОВ оказалась ниже, чем у пациенток с СКВ без АФС, однако в литературе встречаются данные о повышенной частоте ПИОВ у женщин с АФС. По заключению J. Yang и соавт. (2021), по сравнению с контрольной группой в группе пациенток с АФС была выше частота преждевременного разрыва плодных оболочек (17,2 против 3,9%, р < 0,001) [15]. Полученные нами данные, вероятно, связаны с более тщательным ведением пациенток с АФС, однако эти результаты требуют дальнейшего исследования, что не являлось целью выполняемого анализа.

В проведенном в Канаде исследовании установлено, что АФС был связан со скорректированным отношением шансов развития тромбоэмболии легочной артерии 12,9 (95% ДИ: 4,4–38,0) и тромбозом глубоких вен — 5,1 (95% ДИ: 1,8–14,3)². Согласно клиническим рекомендациям «Профилактика венозно-тромбоэмболических осложнений (ВТЭО) в акушерстве и гинекологии», не существует исследований с высоким уровнем доказательности антенатальной тромбопрофилактики у пациенток с АФС, однако такие беременные относятся к группе высокого риска развития ВТЭО, поэтому в случае клинических проявлений АФС в анамнезе рекомендуется начать профилактику НМГ как можно раньше, продолжить ее на протяжении всей беременности и 6 недель послеродового периода. Беременным пациенткам с АФС необходимо применение высоких профилактических доз НМГ, но часть исследователей рекомендуют средние (75% от терапевтической дозы) или полные терапевтические дозы, особенно при наличии АФС с рецидивированием предшествующих ВТЭО или артериальными тромбозами³. Американское общество медицины матери и плода (SMFM) также рекомендует при наличии АФС на фоне СКВ при беременности для профилактики тромбозов с ранних сроков назначать АСК и НМГ [16]. В нашем исследовании у пациенток с АФС отсутствовали случаи тромбозов во время беременности, что, вероятно, связано с прегравидарной подготовкой, ведением беременности мультидисциплинарной командой (врачами акушером-гинекологом, ревматологом и гематологом) и назначением с ранних сроков АСК и НМГ.

По данным ряда авторов [17–21], СКВ связана с повышенным риском преждевременных родов: от 20,8 до 51%. C.N.H. Abheiden и соавт. (2024) провели метаанализ, содержащий 21 статью и данные о 8157 случаях беременности у женщин с СКВ, который показал, что в среднем 31% (95% ДИ: 0,14–0,50) беременностей заканчивались преждевременными родами, в том числе 14% (95% ДИ: 0,04–0,27) — самопроизвольными и 16% (95% ДИ: 0,03–0,35) — преждевременными родами по медицинским показаниям [22]. По данным другого метаанализа, беременные с СКВ также имеют более высокую частоту преждевременных родов: отношение рисков (ОР) = 3,05; 95% ДИ: 2,56–3,63; p = 0,00001 [23]. Среди наших пациенток с СКВ доля преждевременных родов составила 16,2%, данный показатель ниже, чем в большинстве исследований. Однако нами не выявлено различий в частоте преждевременных родов среди пациенток с СКВ с АФС и без него. Полученные данные также, вероятнее всего, связаны с более корректным ведением пациенток с СКВ в нашем центре.

Отметим, что общая частота преэклампсии у пациенток с СКВ в нашем исследовании выше популяционной: 20,6 против 2–8%⁴. Активность СКВ на момент зачатия связана с повышенным риском преэклампсии (2,32; 95% ДИ: 1,40–3,83) [24]. По данным метаанализа, включившего 6389 пациенток с СКВ, беременные женщины с СКВ имеют статистически значимо более высокий риск развития преэклампсии (ОР = 2,99, 95% ДИ: 2,31–3,88; Z = 8,31, p < 0,001) по сравнению с контрольной группой [25].

Отсутствие статистически значимых различий гестационных осложнений (преэклампсии, преждевременных родов, хориоамнионита) в сравниваемых группах, вероятно, можно объяснить малыми размерами выборки.

Нами установлено, что наличие вторичного АФС у беременных с СКВ увеличивает долю развития НМППК и СЗРП. По данным других исследований, частота СЗРП у пациенток с АФС составляет 6,7–25,9% [9, 10, 26–29]. Метаанализ J. Xu и соавт. также показал, что наличие аФЛ увеличивает риск СЗРП. Объединенное отношение шансов между наличием аАФ, антител к кардиолипину и антител к бета-2-гликопротеину и СЗРП составило 1,26 (95% ДИ: 1,12–1,40), 2,25 (95% ДИ: 1,55–2,94) и 1,31 (95% ДИ: 1,12–1,49) соответственно [30].

 

Заключение

Беременность на фоне СКВ в сочетании с АФС увеличивает шансы развития неразвивающейся беременности в 4,5 раза. При беременности на фоне СКВ риск развития преэклампсии выше популяционного. Наличие АФС у беременных с СКВ увеличивает частоту развития НМППК и СЗРП. Пациентка с СКВ обязательно должна проходить прегравидарную подготовку, при сочетании СКВ и АФС необходимо наблюдение акушером-гинекологом совместно с ревматологом и гематологом.

 

¹ Попкова Т.В., Панафидина Т.А., Герасимова Е.В., Лила А.М. Системная красная волчанка: диагностика, лечение, мониторинг (для специалистов первичного звена: врачей-терапевтов, врачей общей практики). Методические рекомендации. Проект. ФГБНУ «Научно-исследовательский институт ревматологии имени В.А. Насоновой»; 2022. URL: https://www.rnmot.ru/public/uploads/RNMOT/clinical/2022/Клин_рек_%20терапевты_6.pdf (дата обращения — 28.11.2025).

² Венозные осложнения во время беременности и послеродовом периоде. Акушерская тромбоэмболия. Клинические рекомендации. 2021. URL: https://www.arfpoint.ru/wp-content/uploads/2021/06/vtjeo-26.05.2021.pdf (дата обращения — 28.11.2025).

³ Там же.

⁴ Преэклампсия. Эклампсия. Отеки, протеинурия и гипертензивные расстройства во время беременности, в родах и послеродовом периоде. Клинические рекомендации. 2024. URL: https://mz.mosreg.ru/download/document/10106579 (дата обращения — 28.11.2025).

1. Насонов Е.Л., Соловьев С.К., Аршинов А.В. Системная красная волчанка: история и современность. Научно-практическая ревматология. 2022;60(4):397–412. Nasonov E.L., Soloviev S.K., Arshinov A.V. Systemic lupus erythematosus: history and modernity. Scientific and Practical Rheumatology. 2022;60(4):397–412. (in Russian). DOI: 10.47360/1995-4484-2022-397-412
2. Tian J., Zhang D., Yao X., Huang Y. et al. Global epidemiology of systemic lupus erythematosus: a comprehensive systematic analysis and modelling study. Ann. Rheum. Dis. 2023;82(3):351– DOI: 10.1136/ard-2022-223035
3. Zucchi D., Fischer-Betz R., Tani C. Pregnancy in systemic lupus erythematosus. Best Pract. Res. Clin. Rheumatol. 2023;37(4):101860. DOI: 10.1016/j.berh.2023.101860
4. Zavaleta-Monestel E., Arrieta-Vega D., Rojas-Chinchilla C., Campos-Hernández J. et al. Advances in systemic lupus erythematosus treatment with monoclonal antibodies: a mini-review. Cureus. 2024;16(7):e64090. DOI: 10.7759/cureus.64090
5. Gerede A., Oikonomou E., Stavros S., Potiris A. et al. Systemic lupus erythematosus in pregnancy. Med. Sci. 2025;13(3):174. DOI: 10.3390/medsci13030174
6. Денисова А.А., Мартынович Н.Н. Антифосфолипидный синдром. Сибирский медицинский журнал (Иркутск). 2009;87(4):136–9. Denisova А.А., Маrtynovich N.N. Antiphospholipid syndrome. Siberian Medical Journal (Irkutsk). 2009;87(4):136–9. (in Russian)
7. Трофимов Е.А. Антифосфолипидный синдром: особенности течения у беременных и принципы лечения. Вестник Новгородского государственного университета. 2016;6(97):63–7. Trofimov E.A. Antiphospholipid syndrome: specificics of development and treatment in pregnancy. Vestnik of Novgorod State University. 2016;6(97):63–7. (in Russian)
8. Лила А.М., Трофимов Е.А., Лила В.А. Системная красная волчанка: особенности течения у беременных и варианты терапии. Современная ревматология. 2015;9(3):43–7. Lila A.M., Trofimov E.A., Lila V.A. Systemic lupus erythematosus: specific features of its course and therapy options. Modern Rheumatology. 2015;9(3):43–7. (in Russian). DOI: 10.14412/1996-7012-2015-3-43-47
9. Singhal S., Meena J., Kumar S., Roy K.K. et al. Maternal and perinatal outcomes of pregnancy in women with autoimmune disorder. Cureus. 2021;13(6):16024. DOI: 10.7759/cureus.16024
10. Dzirba D., Glinko M., Skoczyńska M., Gruszecka K. et al. Placental pathology in obstetric antiphospholipid syndrome beyond thrombosis: a case report and literature review. J. Clin. Med. 2025;14(15):5172. DOI: 10.3390/jcm14155172
11. Di Simone N., Meroni P.L., de Papa N., Raschi E. et al. Antiphospholipid antibodies affect trophoblast gonadotropin secretion and invasiveness by binding directly and through adhered beta2-glycoprotein I. Arthritis Rheum. 2000;43(1):140–50. DOI: 10.1002/1529-0131(200001)43:1<140::AID-ANR18>3.0.CO;2-P
12. Buyon J.P., Kim M.Y., Salmon J.E. Predictors of pregnancy outcomes in patients with lupus. Ann. Intern. Med. 2016;164(2):131. DOI: 10.7326/L15-0500
13. Долгова Ю.С., Еремеева Д.Р., Зайнулина М.С. Риски репродуктивных потерь и плацентарно-опосредованных осложнений беременности у женщин с антифосфолипидными антителами. Акушерство, гинекология и репродукция. 2020;14(6):592–601. Dolgova Yu.S., Eremeeva D.R., Zainulina M.S. Risks of reproductive losses and placental-mediated pregnancy complications in women with antiphospholipid antibodies. Obstetrics, Gynecology, and Reproduction. 2020;14(6):592–601. (in Russian). DOI: 10.17749/2313-7347/ob.gyn.rep.2020.181
14. Кошелева Н.М., Матьянова Е.В., Фёдорова Е.В., Клименченко Н.И. Исходы беременности у больных ревматоидным артритом и системной красной волчанкой. Часть I. Материнские исходы. Научно-практическая ревматология. 2019;57(2):180–5. Kosheleva N.M., Matyanova E.V., Fedorova E.V., Klimenchenko N.I. Pregnancy outcomes in patients with rheumatoid arthritis and systemic lupus erythematosus. Part I. Maternal outcomes. Science and Practice Rheumatology. 2019;57(2):180–5. (in Russian). DOI: 10.14412/1995-4484-2019-180-185
15. Yang J., Liang M. Risk factors for pregnancy morbidity in women with antiphospholipid syndrome. J. Reprod. Immunol. 2021;145: DOI: 10.1016/j.jri.2021.103315
16. Society for Maternal-Fetal Medicine (SMFM); Silver R., Craigo S., Porter F. et al. Society for Maternal-Fetal Medicine Consult Series #64: systemic lupus erythematosus in pregnancy. Am. J. Obstet. Gynecol. 2023;228(3):B41–60. DOI: 10.1016/j.ajog.2022.09.001
17. Chen X., Di W., Ye L., Hu Y. et al. Association of preterm outcome with maternal systemic lupus erythematosus: a retrospective cohort study. Ital. J. Pediatr. 2023;49(1):43. DOI: 10.1186/s13052-023-01436-5
18. Al-Riyami N., Salman B., Al-Rashdi A., Al-Dughaishi T. et al. Pregnancy outcomes in systemic lupus erythematosus women: a single tertiary centre experience. Sultan Qaboos Univ. Med. J. 2021;21(2):e244–52. DOI: 10.18295/squmj.2021.21.02.013
19. Khogali H.I., Al-Bluwi G.S.M., Guy Pedo V., Al Dhanhani A.M. Maternal and fetal health outcomes in systemic lupus erythematosus pregnancies in the Emirati population: a comparative study. Lupus. 2023;32(12):1453–61. DOI: 10.1177/09612033231204650
20. Duan J., Ma D., Wen X., Guo Q. et al. Hydroxychloroquine prophylaxis for preeclampsia, hypertension and prematurity in pregnant patients with systemic lupus erythematosus: a meta-analysis. Lupus. 2021;30(7):1163–74. DOI: 10.1177/09612033211007199
21. Ko H.S., Ahn H.Y., Jang D.G., Choi S.K. et al. Pregnancy outcomes and appropriate timing of pregnancy in 183 pregnancies in korean patients with SLE. Int. J. Med. Sci. 2011;8(7):577–83. DOI: 10.7150/ijms.8.577
22. Abheiden C.N.H., Blomjous B.S., Slaager C., Landman A.J.E.M.C. et al. Systemic lupus erythematosus is associated with an increased frequency of spontaneous preterm births: systematic review and meta-analysis. Am. J. Obstet. Gynecol. 2024;231(4):408–16.e21. DOI: 10.1016/j.ajog.2024.03.010
23. Bundhun P.K., Soogund M.Z., Huang F. Impact of systemic lupus erythematosus on maternal and fetal outcomes following pregnancy: a meta-analysis of studies published between years 2001–2016. J. Autoimmun. 2017;79:17–27. DOI: 10.1016/j.jaut.2017.02.009
24. Wind M., Fierro J.J., Bloemenkamp K.W.M., de Leeuw K. et al. Pregnancy outcome predictors in systemic lupus erythematosus: a systematic review and meta-analysis. Lancet Rheumatol. 2024;6(10):e667– DOI: 10.1016/S2665-9913(24)00160-7
25. Dong Y., Yuan F., Dai Z., Wang Z. et al. Preeclampsia in systemic lupus erythematosus pregnancy: a systematic review and meta-analysis. Clin. Rheumatol. 2020;39(2):319– DOI: 10.1007/s10067-019-04823-8
26. Kutteh W.H. Antiphospholipid antibody-associated recurrent pregnancy loss: treatment with heparin and low-dose aspirin is superior to low-dose aspirin alone. Am. J. Obstet. 1996;174(5):1584–9. DOI: 10.1016/s0002-9378(96)70610-5
27. Yasuda M., Takakuwa K., Tokunaga A., Tanaka K. Prospective studies of the association between anticardiolipin antibody and outcome of pregnancy. Obstet. Gynecol. 1995;86(4 Pt.1):555–9. DOI: 10.1016/0029-7844(95)00247-o
28. Alijotas-Reig J., Esteve-Valverde E., Ferrer-Oliveras R., Sáez-Comet L. et al. The European Registry on Obstetric Antiphospholipid Syndrome (EUROAPS): a survey of 1000 consecutive cases. Autoimmun. Rev. 2019;18(4):406–14. DOI: 10.1016/j.autrev.2018.12.006
29. Zhou Z., Teng J., Sun Y., Liu H. et al. Characteristics of pregnancy complications and treatment in obstetric antiphospholipid syndrome in China. Clin. Rheumatol. 2019;38(11):3161–8. DOI: 10.1007/s10067-019-04670-7
30. Xu J., Chen D., Tian Y., Wang X. et al. Antiphospholipid antibodies increase the risk of fetal growth restriction: a systematic meta-analysis. Int. J. Clin. Pract. 2022;2022:4308470. DOI: 10.1155/2022/4308470